October 24th, 2013

в тюбетейко

Оливеров брат

Вчера поздно ночью, глядя в его запавшие глаза и неестественую позу, которую он принял, я был уверен даже не в том, что он не доживёт до утра, а в том, что не проживёт и часу.
Но он прожил этот час.
А потом я лёг спать.
Уверенный, что завтра достану его трупик и уберу на балкон до приезда шкафообразного мужчины из кремации.
Утром я увидел его измученные глаза. Истрадавшиеся, поблёкшие, но ЖИВЫЕ.
И у меня появилась крошечная надежда.
Сомнабулической походкой ввалилась жена и мы вкачали в него ещё одну убойную дозу питательного раствора и лекарство.
Сейчас звонил, узнал, что Таня и Юля вкачали ещё.
Я почти уверен, что, приехав, застану товарисча живым.
Фотки не будет. Фотки сейчас только ушедшим.
в тюбетейко

Учитель благой, что мне делать?

К нам сегодня утром приезжал человек помогать Тане заниматься героизмом.
Так вот у этого человека аллергия на котов и на хлорку. Честно говоря, я не знаю, чего у нас сейчас больше: хлорки или котов, но и того и другого много.
А вчера приезжал другой человек. С недолеченным бронхитом.

Это к вопросу о героизме и о прочем.