в тюбетейко

Говорила мне бабушка: не суйся в леригиозные сообчества!

Сдуру отметился в одном благочестивом курятнике католическом сообчестве, в котором было вывешено некое стрёмное видео.
После известного нашумевшего ролика видимо стало модным среди определённой части пресвитеров подражать поющему священнику.
Я написал: "Батя придумал бы что-нибудь своё. К тому же его повтор гораздо слабее "первоисточника".
В связи с тем, что там прозвучало в ответ хочется сказать следующее.

Милые мои собратья по вере!
Я очень тронут вашими заботами обо мне грешном.
Сомнения в моей половой принадлежности (или в потенции, хрен разберёт) правда несколько удивили, но в своё время иные собратья вообще сомневались: человек ли я? Так что здесь-то уж совсем мелочь!
Спасибо за советы почитать Библию и посмотреть в зеркало, дабы я смог наконец задаться вопросами "Что я такаго хорошего сделал в жизни? Для чего живу? Как живу?".
Обещаю, что буду обязательно задавать их себе каждый вечер.
Если найду в себе сил.
С этим есть проблема.
Но это вас не касается.
Я верю, что вы очень полезные, очень творческие люди.
Но в виду моей исключительной грешности, мне всё-таки хочеться вас послать на хер.
Да, у каждого поколения свои мемы…А Евгений Сазонов – за этого персонажа ведь писал замечательный поэт Владимир Лившиц (отец поэта Льва Лосева). Его самое знаменитое стихотворение было написано (и опубликовано) как якобы перевод английского поэта, погибшего в 1944г (мистификация):

Ах, как нам было весело,
Когда швырять нас начало!
Жизнь ничего не весила,
Смерть ничего не значила.
Нас оставалось пятеро
В промозглом блиндаже.
Командованье спятило
И драпало уже.
Мы из консервной банки
По кругу пили виски,
Уничтожали бланки,
Приказы, карты, списки,
И, отдаленный слыша бой,
Я — жалкий раб господен —
Впервые был самим собой,
Впервые был свободен!
Я был свободен, видит бог,
От всех сомнений и тревог,
Меня поймавших в сети.
Я был свободен, черт возьми,
От вашей суетной возни
И от всего на свете!..
Я позабуду мокрый лес,
И тот рассвет, — он был белес, —
И как средь призрачных стволов
Текло людское месиво,
Но не забуду никогда,
Как мы срывали провода,
Как в блиндаже приказы жгли,
Как всё крушили, что могли,
И как нам было весело!