в тюбетейко

Я обязательно выживу


Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - билось в его воспаленном сознании, страх накатывал липкими волнами и заполнял всё его жалкое, ничтожное существо.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Маленький, грязный котенок прятался, забившись в щель между домами. Прятался от холодного дождя. Прятался от огромных, быстрых машин. Прятался от страшных зубастых собак. Прятался от этого мира.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Маленькое, хрупкое тельце его дрожало. Скоро голод заставит его вылезти из своего не надежного "укрытия". Через час его маленькие, стертые в кровь лапки сделают несколько несмелых шагов на встречу улице. А потом, он, пересилив себя, подгоняемый страхом побежит с такой скоростью, на которую только способно его искалеченное тельце. Он побежит, петляя между больших пыльных ботинок, изящных туфелек, ярких сандалий и рваных кроссовок.

- Мам, смотри! Котёнок!
- Фу не трогай его, смотри какой он уродливый и грязный! Он точно, чем - нибудь болеет!

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Он же не виноват в том, что он такой худой и грязный! Он был замечательным милым котёнком. Шёрстка была пушистой, глазёнки блестели как две большие бусинки. Маленький хвостик. Большие ушки, он любил играть с мышкой из ниток, любил теплое молоко и спать возле мамы со своими братьями и сестрами. В дом, где он жил приходили люди и забирали его братьев и сестер, а за ним так никто так и не пришел. Это потому что он был не чисто белым, а с пятнами. Люди долго спорили, что же с ним делать. И решили, что бы долго не возиться с ним, просто посадить в коробку и вынести на улицу, как мусор.

Любопытный и доверчивый он вылез из коробки и побежал открывать новый мир. После дождя его шерсть испачкалась теперь он не ласковый домашний котенок. Он превратился в грязный комок шерсти и крови. Маленький, никому не нужный сгусток боли и страха.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Мы ведь живем в темпе, задаваемом нам этим жестоким миром. Ни у кого не хватает времени, взглянуть себе под ноги, что бы посмотреть, не топчется ли он по чьей то жизни

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Когда он выберется из своего укрытия, чтобы найти пищу, он попадет в парк, где будет лазать в мусорках возле лавочек. Снова наткнется на битое стекло, жалобно заплачет, но все равно полезет дальше, потому что найдет жалкие крохи какой то еды.

А потом с поводка сорвется собака и, клацая челюстями, загонит мяучящего котенка на дерево, от куда он не сможет слезть и будет сидеть там громко мяукая, и дрожа от страха. Тогда через некоторое время, когда стемнеет, из окна под которым стоит это дерево, высунется, чья то безжалостная рука, которой надоели всхлипы блудного кота под окном, и выльет на него кастрюлю ледяной воды. Котенок не удержится на дереве и с глухим стуком шлепнется в траву.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Густая темнота окутает его маленькое, окоченевшее тельце колючим одеялом. Он побежит к неоновому свету остановок и магазинов, чтоб было не так страшно. Ему будет так холодно, так одиноко, ему так будет нужна ласка!

Он станет тереться о грубые ноги прохожих, получая от них брезгливые пинки. И, в конце концов, устало побежит искать себе укрытие, чтобы провалиться в нездоровый, беспокойный сон. Чтобы все могло повториться, когда он проснется утром.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Он забежит, в какой то двор и не сможет выиграть гонку на выживание с собакой.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Застучит у него в мыслях, когда он почувствует, как челюсти пса сжимаются на его бедре, и он отрывается от земли в воздух.

-Фу! Брось немедленно эту дрянь! Что ты опять нашел? Господи, да он же может быть больной! Немедленно брось! Я кому сказал!? ФУ!

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Он будет лежать в этой вязкой луже грязи. Попытается встать, но не сможет. Даже дыхание будет причинять ему боль.

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - Еще несколько минут он будет пытаться издать жалобный писк, чтобы позвать на помощь. Что бы сказать как ему больно!

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ! - последний раз пронесется в его сознании, а потом боль проглотит его целиком. и он провалиться в никуда. Его жалкое тельце полное боли до последней секунды останется лежать в грязи пока дворовые собаки не утащат его куда-то...

А сейчас, он сидит между домами, испуганно озираясь, и готовится выйти навстречу этому жестокому миру подгоняемый голодом. Все можно исправить. Вопрос только в том нужно ли кому-нибудь это.

Посмотрит ли кто-нибудь вниз, чтоб увидеть, что он топчет, чью-то жизнь???

Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ВЫЖИВУ!!!!

Обязательно посмотрит и скажет: Папа,а как ты думаешь это чей-нибудь котёнок?Давай его заберём,а пока будет расти мы будем искать его хозяина.

И отмывшись и отогревшись он замурлыкает на коленях ребёнка.
Ну вам точно не стоило читать.
Я, кстати, и не смог.
Да уж..
Кстати, ко мне можно на ты! На тыыы! Я еще маленькая и не такая важная для "вы" :))))
Спасибо. Не знала этого.
А вот еще:

Александр Кочетков

ПАМЯТИ МОЕГО КОТА

В приветливом роду кошачьем
Ты был к злодеям сопричтен.
И жил, и умер ты иначе,
Чем божий требует закон.

Мы жили вместе. В розном теле,
Но в глухоте одной тюрьмы.
Мы оба плакать не хотели,
Мурлыкать не умели мы.

Одна сжигала нас тревога.
Бежали в немоте своей,
Поэт - от ближнего и бога,
А кот - от кошек и людей.

И, в мире не найдя опоры,
Ты пожелал молиться мне,
Как я молился той, которой
Не постигал в земном огне.

Нас разлучили. Злой обиде
Был каждый розно обречен.
И ты людей возненавидел,
Как я божественный закон.

И, выброшен рукою грубой
В безлюдье, в холод, в пустоту,
Ты влез туда, где стынут трубы,
Где звезды страшные цветут...

И там, забившись под стропила,
Ты ждал - часы, года, века,-
Чтоб обняла, чтоб приютила
Тебя хозяйская рука.

И, непокорным телом зверя
Сгорая в медленном бреду,
Ты до конца не мог поверить,
Что я не вспомню, не приду...

Я не пришел. Но верь мне, милый:
Такой же смертью я умру.
Я тоже спрячусь под стропила,
Забьюсь в чердачную дыру.

Узнаю ужас долгой дрожи
И ожиданья горький бред.
И смертный час мой будет тоже
Ничьей любовью не согрет.

Извините, если нагнетаю...
Ничего, нагнетайте, я этого всё равно не читаю (включая собственный пост): физически не могу.
в поселке кот попал под машину насмерть, его так никто и не закопал, постепенно вкатывали трупик в землю пока он не превратился в пятно, прошло полгода почти не видно следов, если мне случается пройти там я не хожу по этой стороне.конечно я могла бы приехать туда с лопатой и попытаться что-то сделать, но мои нервы такого не выдерживают, а вот люди живущие напротив могли бы это сделать, там мужики, они не впечатлительные.Так что это правда все.
Ох, неоднозначно я отношусь к таким вот текстам. Может, они и нужны, чтобы кого-то пробить. Но лично меня они совершенно деморализуют и вгоняют в ступор - потому что сразу хочется ВСЕМ помочь и ВСЕ исправить, а одному человеку это физически неподвластно. Гораздо лучше у меня получается хоть кому-то помочь, когда я внутренне имитирую "цинизм и дарвинизм", условно говоря.
Да, вероятно этот текст не для моих френдов.
Так же как и не для меня.
Мой любимый автор в этом плане - Хэрриот (Уайт). Он, помимо талантливого описания, сам же и лечил их, и возился с потерянными/выброшенными.
Мне друг подарил его большой том, когда несколько лет назад лежал в очередной кардиологии.
Но я даже такое читать не могу.
Так он у меня где-то непрочитанный и лежит.
Даррелл - это мой потолок ))))
Хэрриот по большей части ужасно смешной, все-таки. Хотя, наверное, все эти перипетии лечения могут быть тяжелыми для нервов... А Даррел наше все, конечно)) Особенно книга про его собственный зоопарк.
Да, "Поместье-зверинец" моя любимейшая с юности )))
Я всегда вспоминаю, как они гоняли по ночной дороге дикобраза метлой, а тапир потоптал соседские цветы в стеклянных колпачках...)))
Аааа, точно, забыла эту чудесную деталь)) у него же римский нос.