В черной арке под музыку инвалида -
приблизительно сравнимого с кентавром -
танцевала босоногая обида.
Кинем грошик да оставим стеклотару.

Сколько песен написал нам Исаковский,
сколько жизней эти песни поломали.
Но играет, задыхаясь папироской,
так влюбленно - поднимали, врачевали.

Отойдем же, ведь негоже в судьи лезть нам, -
верно, мы с тобой о жизни знаем мало.
Дай, Господь, нам не создать стихов и песен,
чтоб под песни эти ноги отрывало.

Б.Рыжий, 1995


А песни всё пишут и пишут, а избы горят и горят...