в тюбетейко

Перечитываю Фандоринский цикл...

Когда пятнадцать лет назад прочитал в первый раз "Турецкий гамбит", помню, я был очень обижен на Акунина за его описание России в последней главе романа.
И хоть слова, которые меня тогда задели, принадлежали "злодею", турецкому диверсанту Анвару-эфенди, было у меня чувство, что сам Акунин до определённой степени их разделяет.
Это, как говорил Эраст Петрович, раз.
А два - очень глубоко внутри я чувствовал справедливость этих горьких и неприятных слов, но не хотел себе в этом признаться.
И оттого злился только больше.
А мог Акунин в 1998 году предположить, что в 2014 ему придется бежать из России? Подумалось вот...